Правильный подход и подбор языковых средств поможет вам обойти сопротивление клиента, проявляя к нему уважение
Ваша неожиданная реакция на противодействие и сопротивление клиента может подтолкнуть его в нужном направлении.
"У вас должен быть собственный набор техник, предоставляющих пути обхода всех и любых видов сопротивления – интеллектуального, эмоционального, ситуационного"
— доктор Милтон Эриксон
"Она меня ненавидит!".
Вот что я думал. И, если бы вы могли видеть, как она на меня смотрела, готов поспорить, что вы пришли бы к тому же выводу. Как правило, я узнаю неуважение и презрение, когда я его вижу.
"Может быть, ей просто не нравится то, что я говорю…" - я пытался успокоить себя, продолжая вводную презентацию. Все остальные слушатели – около тридцати – были вовлечены в процесс. Им как будто всё нравилось, они внимательно слушали и даже находили мои слова разумными. Я пытался концентрироваться на лицах, на которых не было столь явного желания меня убить, но её лицо как будто обладало сверхъестественной силой. Оно буквально притягивало к себе, и вот я снова на неё смотрю!
О, эта мимика… Презрительный прищур, кривая ухмылка. "Может быть, когда-то в прошлой жизни у нас было свидание?" - задумался я.
Это было много лет назад. Я вёл вводный семинар по гипнозу. В общем и целом аудитория жаждала знаний. Слушатели казались заинтересованными и открытыми – но только не она!
Она постоянно вмешивалась и перебивала меня. Она категорично заявила о том, что я несу чушь (а я едва успел начать!). Она повернулась к остальным слушателям и заявила о том, что она – психиатр, настоящий профессионал своего дела. После чего она гордо перечислила внушительный список квалификаций и прочих регалий, который мы все вежливо выслушали.
Честно говоря, в тот момент я был так смущён и растерян, что мой "мыслящий мозг" помахал мне ручкой и куда-то ретировался. Но это было только начало...
От плохого к худшему
Чуть позже настал тот момент, когда мне понадобился доброволец для первой демонстрации погружения в гипнотический транс. Можно представить, какие молитвы я возносил небесам, но худшее всё равно случилось. Психиатр высшего класса подняла руку. И она была единственным добровольцем.
"О нет, только не это!" - кричал я внутри себя, пока я провожал её к сцене и усаживал её в комфортное кресло. Пока она поднималась и устраивалась, она ни разу не улыбнулась. И она ни на секунду не сводила с меня пристального взгляда, в котором не было ни единого проблеска тепла и человечности.
Когда мы оказались на сцене лицом к лицу, мне так хотелось сбежать. Может быть, стоит начать новую жизнь в Гватемале под другим именем? Но мой мыслящий мозг всё ещё где-то блуждал, и я сделал еще одну ошибку, спросив ее:
"Почему вы вызвались добровольцем?".
Я смутно припоминаю коллективный вздох всего зала – он был похож на отлив, обнажающий нежный и деликатный песок за секунду до того, как на него обрушится приливная волна, сметающая все на своём пути.
Всё тот же застывший, испепеляющий взгляд. Не моргая, мой будущий субъект отвечает:
"Потому что я хочу показать всем присутствующим то, что гипноз – это полная фикция! Он не работает! Я – психиатр [разве она уже не говорила об этом?] с двадцатилетним стажем. Гипноз нереален! Я никогда не встречалась с ним за всю свою профессиональную практику!".
В тот момент ко мне как будто пришёл дух Милтона Эриксона – я буквально чувствовал его подбадривающее присутствие и ощутил настоящее облегчение. Теперь я знал, что мне делать!
Как справиться с сопротивлением клиента?
Та дама не была клиенткой – она была добровольцем для демонстрации (причём мы с ней хотели продемонстрировать две очень разные вещи). Но иногда мы сталкиваемся с подобными клиентами. Может быть, они и не выказывают столь явную антипатию, но они отчаянно сопротивляются и вступают в противоречие.
Я называю этот феномен синдромом "да, но…", и мне кажется, что он является неотъемлемой частью человеческой сущности.
И некоторые люди демонстрируют особо серьёзные проявления этого синдрома. Что бы вы им ни говорили, они автоматически отвечают в стиле "Да, но…". Не пытайтесь давать таким клиентам прямые советы – это бессмысленно. Вы как будто бросаете утопающему спасательный трос, а он начинает спорить с вами по поводу выбора верёвки.
Клиент, склонный к сопротивлению, будет автоматически противоречить вашим идеям, предложениям и внушениям. Этот вид сопротивления не стоит путать с искренним несогласием с вашими словами.
Истинное подсознательное противоречие присутствует тогда, когда клиент встречает фразой вида "Да, но…" или её эквивалентом абсолютно любые ваши идеи и предложения – какими бы они ни были, даже если вы повторяете то, что ранее говорил сам клиент. Все ваши попытки помочь клиент встречает мрачной решимостью ни к коем случае не принимать эту помощь.
Я уже писал о важности умения не принимать на свой счёт этот вид автоматического сопротивления клиента (да, я знаю – это проще сказать, чем сделать). И я также говорил о важности выявления того, что может лежать в основе склонности к противоречию. Может быть, таким образом клиент пытается удовлетворить потребность в контроле (которая в итоге сводится к потребности в ощущении безопасности), обрести ощущение статуса в любом эпизоде взаимодействия с другими людьми, или, может быть, он просто привык спорить по любому поводу.
И вот пять общих соображений по поводу того, как вы можете справиться с сопротивлением клиента.
1. Пересмотрите саму идею "контроля"
Если вы подозреваете, что вашего клиента беспокоит возможная "утрата контроля", расскажите ему о том, что вы используете гипноз, наставничество (коучинг) или консультирование исключительно для повышения уровня контроля клиента и расширения его свобод. Если это уместно, опишите, как именно фобия или никотиновая зависимость, или депрессия пыталась его контролировать, и как гипноз поможет ему освободиться из этой ловушки.
То есть здесь речь идёт не том, что я контролирую вас через гипноз или терапию. Скорее мы работаем вместе над устранением психологических трудностей и обретением контроля над разными аспектами жизни. Даже если клиент ничего не говорит о контроле или власти, но использует модели поведения, подразумевающие захват доминирующих позиций, я часто поднимаю эту тему и рассказываю ему, как будет выглядеть реальный, настоящий контроль.
Таким образом мы можем пересмотреть его потребность в контроле в таком ключе, который в большей степени соответствует терапевтическим целям. Люди имеют право сопротивляться, но они также имеют право получить реальную помощь, когда они о ней просят. Получение этой помощи может означать обретение истинной свободы выбирать то, чего они хотят – и все это подводит меня к следующему пункту.
2. Позвольте клиенту выдавать любые реакции, расширяя спектр возможных вариантов выбора
Когда мы гипнотизируем клиента – на самом деле, когда мы применяем любой вид психотерапии – нам нужно проявить уважение к его личной свободе. Подсознательная потребность в автономности характерна для всех людей без исключения, и она может проявляться сильнее и ярче, чем стремление избавиться от проблемы – даже если эта проблема разрушает жизнь человека.
Я могу ставить перед собой цель "расслабить клиента и погрузить его в гипнотический транс". Я мог бы сформулировать свои внушения в категоричной и однозначной манере, точно описывающей желаемый результат – например:
"Вы почувствуете себя куда более расслабленным, и в собственном сознании представите себе, что вы оказались на морском побережье…".
Но вместо этого я могу дать клиенту свободу выбора, описывая все – или, как минимум, многие – возможные реакции. В этом случае он не будет испытывать так много давления от необходимости выдачи определённой реакции, которую я считаю наилучшей и желательной.
Я могу сформулировать свои внушения так:
"И вы можете расслабляться с открытыми или закрытыми глазами, и на самом деле я не знаю – может быть, пока вы расслабляетесь всё больше и больше, вам в голову придут приятные мысли об отдыхе на пляже, или, может быть, вы вспомните цвета, присутствующие в каком-то особенном месте, в котором вам так нравится бывать – будь то какое-то помещение или природные ландшафты… и пока вы постепенно проваливаетесь в такое комфортное состояние глубокого умиротворения… вы можете обнаружить, что в какие-то моменты вы очень чётко осознаете происходящее на уровне мыслящего сознания и анализируете все эти вещи, или, может быть, вы забываете о том, что вам нужно осознавать происходящее, и просто наслаждаетесь этим переживанием…".
Здесь я даю клиенту возможность выбора внутри чётко очерченных рамок глубокого расслабления и постепенного погружения в гипнотический транс. Он чувствует, что у него есть выбор – то есть его потребность в контроле удовлетворяется в благотворном и целительном контексте.
Вот ещё один пример подобных формулировок:
"И мне интересно, в тот момент, когда вы поймёте что вы начали контролировать то старое пристрастие к кокаину, которое в прошлом довлело над вами и подчиняло вас своей власти, как именно вы решите использовать эту вновь обретенную свободу…?".
Здесь я использую языковые приёмы подразумевающие контроль, связывая их с расширением вариантов выбора и обретением власти над тем, что раньше контролировало клиента.
Конечно же, выбор языковых средств является критически важным, когда мы помогаем клиенту разглядеть суть моделей, подразумевающих самосаботаж.
3. Используйте рекомендательную манеру изложения и не-директивные языковые приёмы
Сопротивляющийся клиент может искать в вашей речи слова и фразы, подтверждающие его скрытое мысленное искажение о том, что в данный момент он находится в ситуации конфронтации. То есть он воспринимает терапию как спор, в котором нужно выиграть, а не как сотрудничество и совместную работу, от которой он может получить пользу.
Пытаясь противостоять этому заблуждению, мы можем использовать директивную, инструктирующую и направляющую манеру общения так, что она будет выглядеть как нечто совершенно противоположное. И здесь ключевой момент – подбор специфических языковых средств, подразумевающих мягкое, ненавязчивое воздействие. К ним относятся такие слова и фразы, как:
"Возможно…", "может быть…", "мне интересно…", "на самом деле я не знаю…".
Также нам нужно создать у клиента иллюзию выбора, предложив несколько вариантов. Например:
"Может быть, в первую очередь вы ощутите это расслабление в кистях, или, может быть, в стопах, или вы заметите, что ваше дыхание меняется и как будто становится "сонным" - может быть, вы начнёте дышать так, как мы дышим, когда мы постепенно… засыпаем, проваливаясь в глубокий здоровый сон…".
Эти языковые средства формируют рекомендательную манеру изложения, исподволь, ненавязчиво влияя на клиента. Мы ничего от него не требуем, позволяя ему удовлетворить свою потребность в автономности и контроле, и в то же время мягко направляем его к достижению более глубокого расслабления. Я могу сказать:
И на самом деле я не знаю – может быть, прямо сейчас вы уже чувствуете себя глубоко расслабленным… или, может быть… внутри вас только начинает формироваться спокойствие… и оно станет полным и всеобъемлющим в следующие секунды или через минуту… на самом деле я этого не знаю… это знаете только вы…".
Я делаю акцент на том, что я этого не знаю, но он или какая-то его часть действительно знает и чувствует все это. Я предполагаю, что клиент постепенно расслабляется, используя рекомендательный и ненавязчивый стиль коммуникации, который оказывает мощное воздействие. И все это подводит нас к следующему шагу…
4. Переложите ответственность на клиента и дайте ему кредит доверия
Какими бы замечательными ни были ваши навыки и умения, в действительности терапия – это то, что делает сам клиент. И нам нужно благодарить его, признавая его достижения и подчёркивая его собственную роль в создании этого успеха. Например:
"Вау! Вы отлично умеете расслабляться! Я впечатлён!",
Или:
"Я хочу сказать вам спасибо за настоящую преданность и приверженность достижению целей и поблагодарить вас за ту решимость, которую вы проявили в создании этих изменений".
Акцент на том, что на самом деле клиент сам сделал всю работу, опять же, возвращает ему свободу и удовлетворяет его потребность в наличии определённых достижений и ощущения собственной компетентности. Если у него сохранилась остаточная потребность спорить (которая может быть неосознанной – в этом случае она проявляется только в поведении), подобное возложение ответственности и признание его роли в происходящем вступит с ней в прямое противоречие, отрицая это побуждение.
И, наконец, последний совет связан с тем семинаром, на котором я получил в добровольцы враждебную мадам-психиатра…
5. Поощряйте сопротивление, а потом направляйте его так, чтобы помочь клиенту
Сопротивление представляет собой энергию. Это сила, которая иногда обладает невероятной мощью.
Прямое противоречие такому клиенту просто спровоцирует эффект резиновой ленты – чем больше вы её тянете, тем больше сопротивления в ней образуется, и в итоге она отскакивает обратно.
Но если мы не сопротивляемся его сопротивлению, в нашем сообщении нет ничего, с чем он мог бы бороться.
На самом деле мы должны поощрять сопротивление клиента, а потом направлять его в нужное русло. И эта мысль уводит меня обратно в прошлое, к тому семинару…
Удовлетворение её реальной потребности
Итак, передо мной сидела скептически настроенная дама, вызвавшаяся добровольцем для демонстрации гипноза. На протяжении всего семинара она категорично утверждала, что она не верит в гипноз и не верит в меня. Она во всеуслышание заявила о том, что она вызвалась на роль субъекта лишь для того чтобы продемонстрировать всем присутствующим то, что гипноз – полная чушь. Так не бывает! Но что ещё она сказала?
Мое сознание переключилось в режим гипердвигателя, и в то же время я был спокоен и сосредоточен. Она хочет выставить меня дураком? Нет, вряд ли. Скорее всего, она считает, что я справлюсь с этим без посторонней помощи.
Она хочет представить научные доказательства? Вряд ли. Для этого она слишком эмоциональна. На самом деле она в ярости, её переполняет гнев – а это не-научно. Может быть, она хочет произвести впечатление профессионала? Единственного человека в этом зале с профессиональной репутацией, внушительным списком регалий и квалификаций, и большим опытом?
Мне казалось, что я очень близко подошёл к её реальной мотивации. Я смело встретил её вызывающий взгляд и сказал следующее:
"Я не хочу, чтобы вы закрывали глаза и… погружались в глубокий успокаивающий гипнотический транс… до того, как ваше подсознание даст вам знать о том, что это будет достаточно профессионально - провалиться в глубокий гипнотический транс ради профессионального развития всех присутствующих в этой комнате, включая вас… ваши глаза не закроются до того, как ваше подсознание даст вам знать о том, что у него есть эта профессиональная способность, эта научная пытливость и любознательность…".
Она потрясённо уставилась на меня и замерла. Я предположил, что не поддаваться гипнозу – это нормально! Я как будто сказал, что я не хочу, чтобы она погружалась в гипнотический транс – именно так это выглядело на первый взгляд. Теперь сопротивление гипнозу превратилось в точное соблюдение моих рекомендаций, и, как известно, она этого не хотела!
Я не сопротивлялся её сопротивлению. Кроме того, я предположил, что она проявит реальный профессионализм, если она погрузится в гипнотический транс. И я подразумевал это в такой манере, которая не давала её мыслящему сознанию слишком сильно вовлечься в процесс переработки моих сообщений.
На каком-то уровне она уловила моё сообщение о том, что не работать со мной в данный момент было бы непрофессионально. Ну, она первая начала – она сама подняла тему "профессионализма"!
Здесь я использовал путаную манеру изложения, приводящую субъекта в замешательство – и эта форма гипнотического языка давно доказала свою эффективность. Такой язык обращается к подсознанию – той части личности, которая свободна от громоздких логических выкладок и конструктов.
И что же было дальше?
Погружение в поток, в который вас столкнули
Её взгляд оставался жёстким и вызывающим, но я заметил, что этот гнев постепенно растворяется у меня на глазах. Я мог видеть этот процесс исцеления.
Потом один её глаз начал закрываться – скорее всего, эта реакция была чисто подсознательной.
В следующие секунды второй её глаз колебался между открытым полным осознанием и гипнотическим закрытием.
А потом он тоже закрылся.
И она довольно быстро расслабилась и провалилась в глубокий гипнотический транс. Профессиональный психиатр, имеющая несчетное количество званий и научных степеней, наглядно демонстрировала многие гипнотические феномены.
Она удивлялась этому больше всех, когда она вышла из транса десять минут спустя. Я поблагодарил её, сказал, что демонстрация была "очень профессиональной и предоставила всем замечательную возможность для обучения".
И ей всё это понравилось. На самом деле она как будто перешла от одной крайности – абсолютного и тотального скептицизма – к другой, к абсолютному и тотальному энтузиазму. Она прошла наш курс, получила сертификат и присылала ко мне клиентов на протяжении многих лет. А я извлек из этого опыта много полезных уроков – я узнал, как…
Сохранять спокойствие и выявлять реальную потребность, провоцирующую сопротивление.
Не сопротивляться сопротивлению клиента. Поощрять его так, чтобы направить клиента к позитивному исходу, который окажется полезным и благотворным для него лично (и, в том случае, как для самой дамы-психиатра, так и для других слушателей, которые действительно хотели узнать больше о гипнозе).
Никогда не спорить – в общем и целом.
С точки зрения западных редукционистских моделей психологии все это может показаться слишком "правополушарным" или интуитивным. Но такая манера воздействия получает всё больше понимания, и её используют всё чаще и чаще.
И после той демонстрации все оставшееся время дама-психиатр улыбалась мне каждый раз, когда мы встречались с ней взглядом, и эта улыбка как будто освещала комнату своим сиянием – и безмерно радовала меня лично.
Также мне вспомнились слова Милтона Эриксона:
"Подсознание отличается откровенной простотой, честностью и прямолинейностью – его не затрагивает какое-либо влияние. У него нет этого притворного фасада, сложенного из кирпичиков того, что мы называем взрослой культурой".
Иногда нам нужно аккуратно и уважительно разобрать эту облицовку для того чтобы добраться до истины.
